isidor2008 (isidor2008) wrote,
isidor2008
isidor2008

Category:

Описание случаев с точки зрения теории гештальт-подхода. А.В. Смирнов. май 2017

Описание случаев с точки зрения теории гештальт-подхода.
 А.В. Смирнов. май 2017


            Начну с того, что представляет собой описание случая с точки зрения гештальт-подхода. Это постконтакт, т.е. способ ассимиляции опыта полученного в отдельной сессии или случая в целом. А ассимиляция опыта в свою очередь способствует развитию практики, развитию терапевтической позиции и отслеживанию динамики ситуации в рамках конкретного кейса.
            Само описание может быть помимо цели ассимиляции использовано вторично и с другими целями, такими как представление случая для защиты сертификационного проекта, супервизии и интервизии, конференции, а так же письменное представление случая в качестве иллюстрации к статье или книге.
            Если случай представляется публично, то встает вопрос сохранения конфиденциальности. Обычно его решают либо с помощью получения разрешения клиента, либо с помощью анонимизации описания, так что бы на основании этого описания нельзя было идентифицировать клиента в т.ч. и людьми, которые его могут знать лично.
            У начинающих терапевтов встает вопрос о форме описания случая. С точки зрения гештальт-подхода не существует единственной определенной формы для ассимиляции опыта и тем более его описания. Таким образом это остается предметом творчества терапевта.
            Однако при описании случая возможно опираться на основные положения теории гештальт-подхода.
            Позволю себе их вкратце напомнить в том виде, в котором я их себе представляю.
            Основу гештальт-подхода, имхо, составляют три подхода: феноменологический, полевой и процессуальный.
            Начну с феноменологического. С точки зрения феноменологического подхода всякое восприятие реальности является субъективным. Т.е. то, как воспринимает сессию или случай терапевт это не единственно возможный вариант восприятия. Более того это восприятие несовершенно, оно страдает пропусками и искажениями. Однако объективное восприятие с точки зрения феноменологического подхода не возможно, поэтому в этой субъективности ничего страшного нет.
            Так что терапия с точки зрения феноменологии это встреча двух субъективных картин мира - клиента и терапевта. При этом важно, чтобы терапевт сохранял некий скептицизм как к реалистичности собственного восприятия, так и к реалистичности восприятия клиента. Задачей при этом является не столько выяснение того, чье восприятие реалистичнее, сколько выявление отличий между этими восприятиями, процессов возникновения этих отличий и новых возможностей, которые открываются перед клиентом благодаря этим отличиям.
            Один из основателей феноменологического подхода Э. Гуссерль предложил метод уменьшения степени субъективности, который он назвал феноменологической редукцией. Она включает в себя три компонента: 1) описательность; 2) горизонтализацию, 3) вынесение за скобки.
            Описательность это составление максимально точного описания ситуации с установлением четкого разделения того, что ты ощущаешь, т.е. видишь, слышишь, чувствуешь от того, что ты думаешь об этом. Например клиент может говорить, что у него депрессия. Используя описательность терапевт будет терпеливо выяснять что из себя представляет ситуация, которую клиент так называет, вместо того, чтобы понять и начать думать о ситуации клиента исходя из того, что он знает о депрессиях.
            Горизонтализация - иначе выравнивание. Используя горизонтализацию терапевт придает всему, что происходит в сессии одинаковое значение. Например своим переживаниям и переживаниям клиента, мыслям и чувствам, тому что происходит внутри клиента и вокруг него, тому что рассказывает клиент и тому как он рассказывает, тому что происходит в рассказе клиента и тому, что происходит между клиентом и терапевтом. Полная горизонтализация невозможна. Но ее использование при написании случая позволяет выявить зоны ближайшего развития.
            И наконец, вынесение за скобки. По сути, терапевт, пытается на некоторое время сделать свой разум "чистым листом" очистив его от предыдущего опыта, системы ценностей, представлений о плохом и хорошем, став максимально толерантным к отличиям между своей феноменологией и феноменологией клиента. Это невозможно, однако замечать места, в которых это не удается важно, с точки зрения дальнейшего профессионального развития и продвижения в терапии.
            Следующая основа гештальт-терапии - полевой подход. Основной особенностью является привычка рассматривать организм в единстве с его средой, образующих таким образом т.н. ситуацию поля.
            Опираясь на теорию поля терапевт может заметить, например когда он или клиент фокусируются либо на внешней ситуации клиента, либо на его переживаниях, игнорируя их связь.
            Сложнее бывает удерживать в голове, что терапевт и клиент также формируют единое поле и то, что происходит с одним влияет на то, что происходит с другим. Начинающие терапевты, особенно если они плохо выдерживают собственные переживания, склонны фокусироваться на том, что происходит с клиентом и мало замечают, что происходит при этом с ними. Часто это ведет к тому, что они замечают свои переживания только если они становятся очень сильными. Этому способствует распространенный миф о том, что клиент приходит на проблему терапевта. На мой взгляд, это не так, просто у начинающих терапевтов проблемы везде, так что с чем не приди, обязательно на что-нибудь попадешь. По мере накопления опыта картина выглядит иначе, т.е. у клиентов как правило имеется тот же набор проблем, с которыми уже сталкивался в своей жизни терапевт, или хотя бы тот же набор переживаний, поскольку они принадлежат к одному биологическому виду.
            Когда терапевт перестает пугаться того, что с ним в сессии тоже что-то происходит, то он может опираться на это, как для того, чтобы понять что происходит в сессии в данный момент, так и для того, чтобы понять как и какие ситуации часто складываются в жизни клиента. Собственно это то, что в психоаналитическом направлении называют осознаванием и использованием контрпереноса.
            Опираясь таким образом на полевой подход получается, что описание случая это в той же мере описание случая терапевта, как и случая клиента. Принимая это терапевт теряет возможность прятаться за клиентом и вынужден осознавать и предъявлять свои процессы, сталкиваясь со стыдом и страхом отвержения. Однако бонусом этого становится способность разграничивать свои процессы и процессы клиента, восстановление чувствительности к себе в сессии, а так же способности регулировать эмпатию и сочувствие.
            Третья составляющая гештальт-подхода, для меня - это процессуальный подход. Процессуальный подход (не путать с понятием первичного и вторичного процесса у Фрейда и процессуальной терапией Минделов) это стремление фокусироваться при рассмотрении текущей ситуации поля на процессах, т.е. рассматривать наблюдаемое, как происходящее, в динамике, оставляя структуры в фоне и рассматривая их в свою очередь тоже как процессы, только очень медленные. Так вместо злости появляется процесс "я злюсь", или "я боюсь", "я пугаю себя", и т.д. Процесс имеет начало и конец и если процесс не заканчивается, значит что-то идет не так, какой то другой процесс его останавливает или прерывает. Например клиент застревает в своей обиде на кого-то, вместо того, чтобы развернуть ее во вне и предъявить другому человеку. Или застревает в жалости к себе, вместо того, чтобы пожаловаться.
             Так терапия становится поддержкой клиента в осознавании его текущих процессов, помощью в осознавании их конфликтов, поиском способов разрешения этих конфликтов, разворачииванием остановленных процессов и выбором между разворачиванием или остановкой процесса. С процессуальной точки зрения состояние депрессии например может оказаться клубком пытающихся развернуться и останавливающих их процессов, распутывание которого и изменяет состояние.
            Второй важной составляющей процессуального подхода является разделение процесса и результата. Наша культура вообще и терапевтическая в частности во многом ориентирована на результат. Клиент и терапевт хотят от терапии результата и пытаются его получить. Это правильно. Но такая ориентированность на цель создает излишнее напряжение и является попыткой игнорировать сложность и многообразие текущих процессов поля. Терапевт ориентированный на результат будет, имхо, более напряжен, чем ориентированный на процесс и позволяющий результату носить не обусловленный, а вероятностный характер. Этим например отличается экспериментальный характер гештальт-терапии, когда терапевт предлагает клиенту запустить некий процесс, например начать что-то говорить или делать прочувствованно и осознанно, чтобы заметить к какому результату это приведет, а не пытаться совершать действия, которые должны привести к определенному результату. Таким образом устраняется расщепление на правильное и ложное и оба и клиент и терапевт оказываются открыты новизне и неопределенности.
            Четвертой опорой в описании случаев я бы назвал цикл контакта и его отечественную версию - динамический цикл контакта.
            Цикл контакта предлагает идеальную версию того, как мог бы развиваться процесс клиента в сессии. Соответственно терапевт может заметить где, как и когда этот процесс прерывается клиентом. Так же терапевт может оценить как у  него самого обстоят дела с процессом, который прерывается у клиента, способен ли терапевт выдерживать и поддерживать такой процесс клиента или скорее склонен поддерживать клиента в его прерываниях.
            Динамический цикл контакта помогает сориентироваться в том, о каких именно процессах идет речь, связанных скорее с установлением безопасности, близости или возможности действия или взаимодействия.

            
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments